Следователь почти закончил расследование по факту смерти заведующего кафедрой тактики Одесского высшего военного артиллерийского училища, полковника Тимер-Булатова Виля Сабировича. Устно доложил нетерпеливому прокурору, что причина смерти - пожар в квартире, происшедший из-за короткого замыкания.
И вдруг еще совсем не старый капитан-следователь умирает.
Его самого, жившего старым холостяком, находят через три дня соседи в его собственной квартире мертвым. Иссиня-черное лицо его ничего не выражало, только изо рта и ушей выступила кровь.
И вот прокурор вызывает молодого, только-что прибывшего из училища следователя, лейтенанта Ткаченко. Прокурор не ведал, что Ткаченко вырос вместе с сыном Тимер-Булатова и, безусловно, отлично знал самого Виля Сабировича.
- Дело там ясное, не затягивайте, председатель исполкома звонил, торопил, все же ЧП в районе, - сказал полковник лейтенанту и передал папку с материалами расследования. Ткаченко целый день и последующий вечер изучал документы и натолкнулся на многие непонятные вещи.
Медэкспертиза была написана наспех, без подробного описания, несколько общих фраз заканчивались выводом: на теле и органах видимых следов насилия не обнаружено, смерть наступила от удушья. Отсутствовали анализы, не было настоящих свидетельств, все были косвенные.
Лейтенант решил допросить соседей по квартире. Приехал в дом, где жил Тимер-Булатов, побеседовал с дворником, несколькими соседями, и вдруг - удача! В квартиру напротив только что приехал, а из отпуска пожилая женщина.
- Можно к вам зайти? - спросил лейтенант.
- А чего же, я только вот чемоданы поставлю и пожалуйста, да вы проходите прямо на кухню, там и поговорим. Так я вас слушаю, товарищ лейтенант, может чайку поставить?
- Да нет, я на минутку, вы наверно догадываетесь, по какому я вопросу?
- Пока нет, а чего гадать, вот вы и скажите.
- Я насчет Тимер-Булатова, вы знаете такого?
- А чего же, конечно! Виль Сабирович хороший товарищ, мы как-то раз с ним в Молдавию ездили, вот и на той неделе поедем. - Вы что, ничего не знаете?
- А чего знать-то? - удивилась женщина.
- Так полковник-то умер!
- Да как же это так? Ведь две недели назад я видела его, ругался он со своей непутевой дочкой и зятем! - А вы число случайно не помните?
- Чего ж не помню? Помню, я как раз в отпуск уезжала, вынесла чемоданы в коридор, а они выходят из квартиры Тимер-Булатова.
- Кто - «они»?
- Да как «кто»? Дочка его с зятем.
- Так дочь его в Ленинграде.
- Ага, в Ленинграде, она каждую неделю сюда наведывается, деньги у отца выуживает. - и он давал?
- А как же, давал, а потом перестал, вот и скандалила.
- А больше никого с ними не было?
- Вначале нет, а потом, когда они вышли на улицу и стояли у подъезда, к ним от трамвайной остановки подошел этот, длинный такой, с кадыком, ну, говорят, что он сын председателя исполкома нашего района.
- Почему вы подумали, что он к ним шел?
- Да я его много раз с ними видела.
- А потом что было?
- Так я же на остановку пошла.
Лейтенант тщательно оформил показания.
- Я вас очень прошу, Мария Семеновна, дело серьезнейшее, никому о нашем разговоре. Если кто будет интересоваться: вы ничего не знаете. Вы единственная свидетельница. Если это не простая смерть, вас будут искать.
- А как же все-таки случилось?
- Сгорел он, в квартире пожар, и все такое, но может быть, что и не так. Будьте внимательны, а лучше, чтобы вы пару дней не выходили из квартиры, охранять мне вас нечем, а дело серьезное. - Да что вы! Кому я нужна!
- Как знать, как знать.
Следователь, выходя из подъезда, как говорят, «лоб в лоб» столкнулся с длинным худым юношей, который, бесцеремонно оттолкнув лейтенанта, побежал по ступенькам лестницы. Тимер-Буланов жил на первом этаже, и задержавшийся лейтенант услышал, как зазвонил звонок.
- Что-нибудь забыли?! - услышал он голос Марии Семеновны, потом сильный хлопок дверью и тишина.
Ткаченко молниеносно подбежал к двери и попробовал открыть - закрыто. Прислушался - тихо. Спрятавшись в темный' уголок, лейтенант стал ждать. В квартире послышался шорох и дверь открылась. Из нее спокойно вышел молодой человек и, повернувшись к двери, сказал:
- Смотри, старуха, из под земли найдем, ты знаешь, - кто мой папа? Гляди!
Дверь захлопнулась, и длинный, засвистев, запрыгал вниз по ступенькам. «Нагло ведет себя, уверенно, - подумал лейтенант, - скорее всего они и расправились с полковником». А через три дня все завертелось. Из Ленинграда пришел ответ. Дочь Тимер-Булатова утверждает, что в Одессе не была и отца не видела. Прокурор был в ярости.
- Я же говорил вам, что дело выеденного яйца не стоит, у нас даже есть письменное заявление Фаины Салаховны, жены ТимерБулатова, где она просит - уголовного дела не заводить, считать это несчастным случаем!
- Товарищ полковник, тут пахнет убийством, и если вы не дадите ход делу официально, мы сделаем частное расследование. Нужно вскрыть могилу, освидетельствовать труп, допросить дочь, зятя, сына председателя исполкома, а лучше, если их троих посадить в КПЗ …
- Какой кошмар! Я чувствовал, что так будет, нутром чувствовал!
Через две недели дело все-таки закрыли. В Ленинграде повесился зять Тимер-Булатова, всю вину свалили на него. Кто все-таки нанес удар «тупым металлическим предметом», вернее всего, утюгом, от которого и скончался Виль Сабирович, так и не было установлено. Жена умершего действовала очень энергично, и дело закрыли.
Так бесславно закончил свой жизненный пугь в общем-то очень грамотный, талантливый военачальник, полковник Тимер-Булатов Виль Сабирович. А его жена, Фаина Салаховна, заняв денег у Оксаны, соорудила памятник с такой надписью: «От любящей жены и детей».
Вот так-то и не более!
Комментариев нет:
Отправить комментарий